Укей Мураталиева: У женщин с инвалидностью также как у всех есть сексуальная и репродуктивная жизнь #srhr #feminstkg #disability

Активистка, которая борется за права женщин с инвалидностью рассказывает, что общество относится к ним, будто у них нет сексуального репродуктивного здоровья и прав (СРЗП).

По словам председательницы правления общественного объединения девушек с ограниченными физическими возможностями «Назик кыз» Укей Мураталиевой, один из часто обсуждаемых вопросов  касательно женщин с инвалидностью — это их частная сексуальная и репродуктивная жизнь. Большинство стараются вмешаться в их жизни и давать свои рекомендации.

— Расскажите о том, с какими проблемами  сталкиваются девушки и женщины с инвалидностью  в контексте СРЗП?

— В разное время различными женскими организациями были попытки проводить тренинги по репродуктивному здоровью. Я сейчас говорю о годах 2010-х. Если есть проект проводят какие-то мероприятия, завершился проект и все на этом. Женское здоровье, а преимущественно женщин с инвалидностью  не было важным для общества.  С 2006 года началось создаваться движение женщин  с инвалидностью по Кыргызстану. Женские организации всегда были, но мы были на местах и не могли помогать, поддерживать друг друга. Тогда мы создали сеть и непрерывно стали ездить по регионам. Это преимущественно важно просвещать вопросы сексуального и репродуктивного здоровья. Нам стараются мешать, контролировать, указывать, как проводить эти мероприятия, будто бы мы учим в этих мероприятиях сексу. На самом деле я хочу сказать, что информированность намного  безопаснее, чем попасть  в ситуацию и тогда не знать, что делать.

Бывает, так смотрят на человека с инвалидностью  и задаются вопросом: «Зачем тебе секс,  у тебя и так жизнь тяжелая». Ну как говорится нам ничего не чуждо, другое дело как его реализовывать. То, что есть женщины  с инвалидностью, мужчины с инвалидностью  и есть понятие сексуальность  для  многих  это открытие. Мы живем в азиасткой семье и подвластны большим влиянием менталитета. Люди с инвалидностью у нас не могут жить отдельно как в Европе. В частности и девочки и мальчики находятся под опекой родителей. И  родители всегда очень сложно представляют их личную жизнь: человек с инвалидностью всегда остается ребенком для родителей, второй аргумент — зачем ему сексуальная жизнь, третье — если она родит ребенка, то родит такого же инвалида. И всегда есть  полный контроль над девочками, когда мы поднимали вопрос СРЗП, родители говорили: «Вы учите моего ребенка дурному». Когда  человек с инвалидностью  находится в зависимости от родителей, которые могут продолжать  помогать им, но при этом творить  над ней _ним психологическое насилие либо экономическое. Поэтому боясь  всего этого, продолжают молчать либо стараться соответствовать требованиям родителей. Мы  все должны понять, что мы, прежде всего люди. А то, что  мы имеем какие-то формы инвалидности  это  последнее, о чем мы можем  вспомнить.

Когда мы говорим  о женщинах  с инвалидностью и об их репродуктивном здоровье, то мы должны понимать, что нужно создавать условия для безопасной и удобной среды. Потому что  застилать  везде глянцевой  кафелью— это красиво, но это опасно. Вы можете носить высокие каблуки, и там не дай Бог капля воды, да вы  в два счета окажетесь на земле и ударитесь головой. Но больше всего это чувствует человек, у которого нет баланса или который плохо ходит.

 Вы можете привести пример из своего опыта касательно СРЗП, когда вы чувствовали себя ущемленной?

Например, если человек, пользователь  инвалидной коляски и со стороны кажется что ему сложно. На самом деле твое состояние такая вещь, когда ты можешь познать все границы своих возможностей  и ты начинаешь  думать как сделать свою жизнь еще более удобной и независимой это принципиально важно.  Хотя ты прекрасно можешь справляться, но у твоих друзей, близких и знакомых всегда есть рекомендации по тому, как жить, за кого выйти замуж, сколько детей родить, во что одеться, чем питаться. По их мнению, им кажется, что они помогают и рекомендуют хорошее. Например, они говорят: «Вот у тебя церебральный паралич тебе стоит выйти замуж за парня с церебральным параличом» (Укей приводит свой личный пример). Они говорят,  что так мы будем понимать  друг друга. «Ой, у меня ДЦП, у тебя ДЦП как мило или хромать вдвоем лучше, как это понимать?». По мне это  тоже самое, если поженятся два брюнета или два  блондина, потому что у них цвет волос одинаковый. «Потом найдите тихую мирную  работу, родите одного ребенка и будете друг другу помогать или вам кто-нибудь поможет. Родите одного, потому что вам одного ребенка будет достаточно, потому что вам будет тяжело иметь больше одного».

 — А врачи как относятся к вопросам сексуальности и репродуктивности женщин с инвалидностью?

— Как-то моя знакомая пошла гинекологу, а врач спросила: «А как ты занимаешься сексом?». И я нашла смешной ответ, нужно всегда ответить вопросом: «А как ты занимаешься?». Или ответить, что я сплю с коляской для сексуального разнообразия в качестве сексуальной игрушки ( смеется Укей).

Я, слава Богу слышу истории, что врачи стали относиться толерантно к беременным женщинам с инвалидностью. И то это благодаря организациям, которые стали работать с врачами, пусть не всегда напрямую, хотя это очень важно. Потому что когда в семье рождается ребенок с инвалидностью — врач это первый человек, который должен поддержать. Был случай, когда девушка и с инвалидностью  пошла к врачам и ее обсмеяли, что она беременна. В добавок он позвал других врачей, которые вместе посмеялись.

Врачи и все общество относятся с опасением, что женщина с инвалидностью  может родить  ребенка с инвалидностью. Этот фактор есть, но он на последнем месте. Почему сложно говорить о браке? Потому  что  все говорят: «А зачем тебе такая жена,  как ты с ней в гости ходить  будешь?». Может ли муж и жена с инвалидностью  заниматься домашними заботами, хотя не каждый день надо рубить двора или лес валить. Для меня лично замужество не первостепенно. Мне надо  приобрести экономическую стабильность, прежде чем родить. Я даже не рассматриваю совместно замужество и детей, как было прежде. Я не хочу, чтоб моя мама сидела с моим ребенком только, потому что она бабушка, может у нее свои планы. Мне  мама говорит: «Я могу смотреть за твоим ребенком». Женщины разучились думать о том, что у них есть своя жизнь. Есть только жизнь большей общины, а оказалось, женщины ничего не могут сделать со своим досугом.

 

 

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s